Радостная готовность к худшему
На ольхонском пароме ждем очереди переправиться в МРС. В принципе, с паромом тут полегче стало (как легальную плату за проезд ввели), но сейчас особый случай: вереница навороченных автотрейлеров с европейскими номерами. Немецкий автопробег с мирными целями.
Ага, вот и паром. Часть трейлеров, урча, грузится ... А водитель машины, оказавшейся теперь головной в очереди, и не думает заводить мотор!
Ну, вы меня поняли. Здравый смысл участников событий подсказывает: быстренько продвинуться вперед, дабы заблокировать въезд и чтобы "ни одна сволочь" не попыталась проскочить без очереди. А гад-немец не понимает! Ходит вокруг трейлера, катафоты протирает. Ему азартно орут изо всех машин:
- Ехай, гад! - и радостно рассуждают о тупости европейских неженок.
Короче, еле втолковали всем миром. Но бедолага-фриц, наверное, так и не понял из-за чего сыр-бор. У него же нет опыта готовности к худшему! Не догадывается, что средь прекрасных байкальских пейзажей есть место вульгарным обломам.
Сразу по возвращению в Иркутск натыкаюсь на дискуссию, посвященную имеющемуся, якобы, у ЮНЕСКО намерению отобрать у Байкала статус Участка всемирного наследия. Позже Митволь вроде пытается успокоить общественность - мол, не рассматривается такая возможность. Да чего ее, общественнось, успокаивать! Судя по тому, что выплеснулось в местный Интернет, иркутяне в целом с энтузиазмом восприняли новость: "так нам и надо!". Даже и с каким-то азартом обсуждается: надает ли иркутским властям мировая общественность моральных пиндюлей? А даже если и не надает, то не послать ли эту ЮНЕСКУ на три российских буквы, чтоб "не учили нас, как тут жить"?
Суть массового скепсиса по отношению к событиям на байкальских берегах можно передать таким условным диалогом (собеседников представьте с банками пивка на том же ольхонском пароме):
- Говорят, Тишанину эту самую экономическую зону на Байкале задробили...
- И правильно. Байкал целее будет... Нельзя здесь строить этих гостиниц, засрут все!
- А чего можно?
- А ниче нельзя, по хорошему-то!
- Так и ездить сюда нельзя, получается. Ты ж вот едешь...
- Ну, я - я всегда сюда езжу. От меня вреда никакого. Банки-склянки за собой вывожу и сына тому научил...
- И говно вывозишь? Ну, ты же писаешь-какаешь?
- ...А, да все равно весь берег распродадут, понастроят гостиниц. Москвичи всякие...И нас не спросят. И будет тут все не то...
- Но септики-то построят, или там биотуалеты? Говно вывозить будут?
- Может и будут... Но все равно ведь засрут все!!! Ну, че ты меня грузишь?
Мне кажется, что именно в разговорах о будущем байкальского побережья у иркутян наиболее ярко проявляется это вот совершенно неконструктивное ожидание худшего ("все равно засрут") и признание собственной никчемности ("засрут и нас не спросят").
На уровне общественной дискуссии не слышно разговоров об оптимизации рекреационной нагрузки (и соответственно, о неких неизбежных ограничениях на пребывание на Байкале и для нас, иркутян). Нет мыслей о том - кто и в какой пропорции должен финансировать вывоз отходов из районов массового отдыха... Об общественном контроле за отводом земель в этих местах и говорить нечего. Все это - не более чем абстракции.
И это при том, что Байкал - действительно настоящая святыня для большинства иркутян, базовая ценность регионального сознания.
(Кстати, даже среди тех, кто в свое время протестовал против планов "Транснефти", весьма распространено мнение: в итоге для "отодвинувшего трубу" Путина решающими оказались не протесты общественности - а некие циничные коммерческие интересы, конкретно РАО "РЖД". Надо ли говорить, что это ощущение - "втемную развели!" - не прибавляет иркутянам морального здоровья?)
Психическое неблагополучие. "Все равно обманут". Радостная, мазохистская какая-то готовность к худшему. Либо, как другая крайность, - лозунги противостоять "московским оккупантам" чуть ли не партизанскими отрядами. Ясно море, что эти нетрезвые разговорчики - полный пшик.
В этом номере "ИТГ" публикует большой монолог адвоката Юрия Шмидта, защитника Ходорковского. Вроде бы ко всему вышесказанному эта история не имеет отношения...
или имеет?
Шмидт говорит о праве человека на нормальную защиту в честном суде. Тоже ведь изрядная абстракция!
- Какого такого человека? Ходора что ли?
- Да хоть бы и Ходора... Да и тебя самого!
- Я не Ходор... Кому я на хрен нужен!
- Ну, а вот твой автосервис кому приглянется - да и натравят судейских...
- М-да... Тут уж ниче не попишешь, будем отбиваться. А ты бы не каркал, а?!
Собеседники на ольхонском пароме замолкают, крутя в руках банки с пивом. Каждый думает о своем, подставляя разгоряченные мозги ласковому ветерку. Каждый по-своему хорохорится, размышляя о худшем.
