Каким может быть 22 июня 2.0
То, что 22 июня 1941 года высшее советское руководство испытало сильнейший шок и на несколько дней утратило способность к осмысленным действиям, — факт очевидный. Споры по данному поводу сегодня идут, на самом деле, лишь о деталях того, что происходило в последнюю неделю июня в Москве. Разумеется, подобное положение вещей очень способствовало успехам вермахта в первые дни войны. Однако затем советские вожди все же пришли в себя и начали действовать. Самым сильным из этих действий была эвакуация промышленности на восток. Именно это стало первым шагом к краху немецкой кампании. Удалось сформировать РККА «второго созыва», а потом и «третьего созыва». И, в конце концов, выиграть то, что поначалу было так безнадежно проиграно.
Сегодня, однако, интереснее другое: как бы повело себя нынешнее российское руководство в аналогичной ситуации? Ведь ни из чего не следует, что таковая не может сложиться. Более того, в том, что сегодня происходит, есть много общего с событиями 1939–41 годов, когда противник совершенно открыто готовился к агрессии против нас, а мы с ним братались, уверенные, что защищены бумажками договоров.
Итак, каким же может быть 22 июня 2.0?
* * *
Только что наступил 20… год. Россия находится в традиционном новогоднем анабиозе. В Москве поздний вечер 2 января, на Дальнем Востоке утро следующего дня, в Сибири — глубокая ночь.
В 4 часа утра 3 января по местному времени два десятка вертолетов Ми-17 с китайским спецназом на борту на предельно малых высотах, никем не обнаруженные, за несколько минут преодолевают расстояние от границы в районе Фуюани до Хабаровска и приземляются на стадионе им. Ленина, где имеется очень много пустого открытого пространства. По удивительному совпадению именно в этом месте в очень непрезентабельном здании находится генконсульство КНР в Хабаровске. Оно и выступает в качестве пункта наведения десанта, заодно обеспечивая подсветку места посадки с помощью прожекторов на крыше самого консульства и с футбольной арены (электроподстанция удивительным образом находится на территории визового отдела консульства). На месте посадки спецназовцы немедленно получают транспорт – микроавтобусы, стоящие в многочисленных гаражах у задней стены консульства, а также открыто на его дворе. На этих микроавтобусах по пустому Амурскому бульвару они через 5 минут доезжают до вокзала и захватывают его, сразу перерезая, таким образом, Транссиб. Другая часть десанта сворачивает с Амурского бульвара на улицу Серышева, захватывая находящийся там штаб ВВО. После этого в городе начинается отстрел руководства ВВО и ДВФО (наводку на нужные адреса обеспечивают работники консульства и представители местной китайской диаспоры).
После получения в штабе Народной освободительной армии Китая (НОАК) сообщения об успехе операции в Боли (таким теперь будет название Хабаровска) из глубины китайской территории начинают работать РСЗО WS-2D, огонь которых корректируется беспилотниками. Поработав примерно полчаса, они полностью «запахивают в землю» все объекты ВС РФ (около трех десятков бригад сухопутных войск, авиабаз и полков ВВС и ПВО) в Амурской и Еврейской автономной областях, Забайкальском, Приморском и Хабаровском краях. Отправляются на дно также все корабли и подлодки ТОФ, базирующиеся во Владивостоке. Дальности стрельбы китайским РСЗО для этого вполне хватает (до 400 км), тем более что большинство уничтожаемых объектов расположены в непосредственной близости от границы.
Одновременно китайские «Вторая артиллерия» (аналог РВСН) и ВВС наносят массированный удар с помощью самолетов, баллистических и крылатых ракет, а также боевых беспилотников по ракетным дивизиям РВСН в Иркутске, Ужуре, Барнауле и Новосибирске, по объектам ПВО и сухопутных войск в тех же регионах и в Бурятии. Одновременно же авианосное соединение ВМС НОАК наносит массированный авиационно-ракетный удар по Петропавловску-Камчатскому и Вилючинску, после чего там начинается высадка морского десанта.
Через два-три часа после начала операции (в Москве в это время глубокая ночь) резервные дивизии НОАК, заранее сконцентрированные вдоль границы под предлогом учений, переходят по льду Амур и Уссури на сотнях участков одновременно. Эти части и соединения оснащены старой техникой и укомплектованы плохо обученным личным составом, но сопротивляться им некому. Командование ВВО РФ и его основные силы уничтожены внезапным ударом, редкие очаги сопротивления быстро подавляются массой китайских войск. Главными противниками НОАК становятся погода и расстояния, но для китайского командования это не проблема. Сломавшееся на российских дорогах старье и обмороженное и простудившееся деревенское «пушечное мясо» не жалко, главное, что войска успешно занимают территорию, заодно захватывая в полной сохранности удобно расположенные у самой границы базы хранения вооружения и техники ВС РФ.
ВВС НОАК тем временем начинают наносить удары по объектам Сил воздушной обороны Казахстана, а регулярные части Ланьчжоуского ВО НОАК пересекают границу с этой страной и несколькими клиньями начинают продвигаться вглубь Казахстана. К вечеру 3 января в бой вводится 15-й воздушно-десантный корпус НОАК, по одной его дивизии захватывают Якутск, Астану и Улан-Батор.
В Москве с огромным трудом выходят из анабиоза, пытаясь понять, что происходит и что делать. Однако посол КНР в Москве сам является в МИД РФ и официально сообщает то, что уже несколько часов передают китайские радио и ТВ: двухсотлетний период унижения великой китайской нации империалистическими державами окончательно завершен. Нация возродила свое былое величие и отвергает все несправедливые и неравноправные договоры, навязанные ей империалистами, в первую очередь — Россией. Ответный лепет по поводу «стратегического партнерства» посол не считает нужным слушать.
Часть российского руководства находится на каникулах в Европе, причем некоторые из отдыхающих почему-то перестают выходить на связь с Кремлем и Белым домом. Оставшиеся в Москве осознают чудовищную реальность: к востоку от Урала у ВС РФ в относительно боеспособном состоянии имеются одна танковая бригада (в Челябинской области), три мотострелковые бригады (в Свердловской и Кемеровской областях и на Сахалине), а также одна авиабаза перехватчиков МиГ-31 в Красноярском крае. Кажется, что-то уцелело от группировки в Бурятии, но связь с войсками крайне неустойчива. При этом поступают сообщения о крушении поездов сразу на нескольких участках Транссиба на всем его протяжении к востоку от Урала из-за умышленного разрушения железнодорожного полотна. Таким образом, оборонять восточную часть страны нечем, перебрасывать подкрепления нет возможности. Кроме того, вторжение китайцев в Казахстан создает реальнейшую угрозу их выхода через несколько дней уже и в европейскую часть, на Западный Урал и в Нижнее Поволжье. ВС Казахстана слишком малы, чтобы оказать реальное сопротивление, к тому же обезглавлены после захвата китайским десантом Астаны. Из Москвы обращаются с просьбой о помощи в Брюссель и Вашингтон.
Из Брюсселя обещают в течение недели созвать срочную сессию Совета НАТО. Однако из Варшавы, Вильнюса, Риги и Таллина немедленно следуют заявления о том, что Китай в XIX–ХХ веках стал такой же жертвой русского империализма, как Польша и страны Балтии, поэтому его действия вполне правомерны. И уж совершенно точно эти страны никогда не будут оказывать России военную помощь в какой-либо форме и всему НАТО (где решения принимаются консенсусом) не дадут. В Брюсселе, а также в Париже, Берлине, Лондоне, Риме облегченно вздыхают: там тоже никто не собирался воевать за русских, да, собственно, и нечем, но важно, что теперь есть на кого свалить отказ.
В Вашингтоне на импотентных европейских союзников никто и не надеялся, там лихорадочно пытаются понять, нужно ли в одиночку помогать русским, а если да, то в какой форме, в каких объемах и на каких условиях.
Между тем китайское «пушечное мясо» успешно продвигается вглубь России, подавляя незначительные очаги сопротивления и продолжая не обращать внимание на сломанную технику и обмороженных солдат. Первое серьезное сопротивление они встречают в Бурятии, где часть группировки ВС РФ действительно уцелела после авиационного удара, кроме того, местными усилиями удалось провести хоть какую-то мобилизацию. Первый настоящий русско-бурятский удар обращает китайских резервистов в бегство. Увы, счастье оказывается недолгим, поскольку в действие вступает беспрепятственно переброшенная на уже захваченную российскую территорию группировка из частей и соединений 16-й, 38-й, 39-й и 54-й армий сухопутных войск НОАК при мощной поддержке с воздуха. Это уже не резервисты, а отлично подготовленные регулярные части, вооруженные новейшей техникой. Быстро смяв российскую группировку, они выходят к Байкалу, преодолевают его по льду и захватывают Иркутск. Дорога на запад для них совершенно свободна, а на востоке почти вся обитаемая российская территория уже находится под контролем НОАК. Причем на этой территории случаев коллаборационизма оказывается гораздо больше, чем попыток организации сопротивления.
Москва пытается начать всеобщую мобилизацию, но мобилизационная система давно развалена, многие россияне, отдыхающие за границей, возвращаться отказываются, более того, начинают бежать и те, кто остался в России. Начинает всерьез рассматриваться вариант применения ядерного оружия, причем не только и не столько по наступающим китайским войскам, вышедшим на подступы к Красноярску и въехавшим в Астану уже и по суше, сколько по территории противника.
Тут, однако, происходят события, решающие исход войны. Российские (а также, разумеется, американские) разведывательные спутники внезапно обнаруживают в центральной части Китая более 800 мобильных ПУ МБР и БРСД. Часть из них уже установлена в боевое положение, часть находится в походном положении. Через несколько часов ракет уже больше тысячи, причем местоположение многих из них успело измениться. Еще через несколько часов ракет становится более полутора тысяч. После чего китайские СМИ официально заявляют, что руководство КНР более не считает нужным скрывать размеры своего ракетно-ядерного арсенала: это 745 МБР и 1256 БРСД, общее же число ядерных зарядов различных классов составляет 8,5 тыс. единиц.
Хотя некоторые аналитики в Москве и Вашингтоне говорят о том, что значительная часть выставленных ракет на самом деле может быть макетами, другие возражают, что макеты вряд ли будут настолько мобильны и что разговоры о системе пещер и тоннелей, где и скрываются китайские ракеты, оказались правдой. Самое же главное, ни у кого нет ни малейшего желания проверять версию о макетах на практике.
Вашингтон окончательно умывает руки, официально заявляя о невмешательстве в войну. В Москве понимают, что теперь не получится даже взаимного гарантированного уничтожения. Уничтожение действительно будет гарантированным, но, увы, не взаимным. Китай переживет гибель нескольких десятков миллионов человек, он в своей истории и не такое переживал. У России же шансов на выживание нет ни малейших. Москва соглашается на переговоры с Пекином и, следовательно, на его условия.
Мирный договор подписывается 23 февраля в Боли, в здании, где всего двумя месяцами раньше находился штаб ВВО. Официальная граница между КНР и РФ восстанавливается в соответствие с Нерчинским договором 1689 года и Кяхтинским договором 1727 года. Китаю отходят большая часть Забайкальского и Хабаровского краев, Амурская область, Приморский край и остров Куедао (сейчас известен как Сахалин), а также Республика Тыва. Южные Курилы возвращаются Японии (Пекин всегда полностью поддерживал Токио по курильской проблеме). Вся остальная территория РФ к востоку от Енисея передается Китаю в бессрочную аренду за 10 млрд долларов в год. При этом в закрытой части договора оговаривается, что аналогичная сумма ежегодно перечисляется на личные счета нескольких высших руководителей РФ. Территория между Уралом и Енисеем остается под юрисдикцией РФ, но объявляется полностью демилитаризованной, здесь не могут размещаться ни российские, ни китайские войска, ни, тем более, контингенты третьих стран. На этой территории граждане КНР получают те же права, что и граждане РФ, в том числе в плане проживания и трудоустройства. Аналогичные права получают китайцы и в Казахстане. Эта страна отказывается от наличия вооруженных сил и дает разрешение на размещение у себя «ограниченного контингента» НОАК. ОДКБ, Таможенный и Евразийский союзы объявляются распущенными. Монголия окончательно и навсегда возвращается в состав Китая.
НАТО и ООН официально заявляют, что удовлетворены столь быстрым и мирным разрешением конфликта. В Пентагоне генералы и адмиралы находятся в откровенном восторге: теперь деньги им польются потоком, ведь необходимо сдерживать колоссально усилившийся Китай.
* * *
Автор данной статьи очень сильно не любит Сталина и его подельников, несущих, в частности, ответственность за катастрофу начала войны. Но нельзя не видеть, что сегодня все обстоит на порядок хуже.
