Иван Зелент, человек с побережья
- Вы видите будущее?
- Да, вижу, - по-моему, в проницательных глазах моего собеседника промелькнула хитринка, или мне показалось? - Там всё хорошо. Правда, не без трудностей, - и начал детально рассказывать, как мы придём к заветному «хорошо».
Иван Зигмундович Зелент - отменный рассказчик. Сидишь и слушаешь, и представляешь, как он пешком ходил в школу за несколько километров от дома, через деревню с охотничьими собаками. И отец запрещал собакам хлеб давать – потому что разорвать могут. Как с юности выработал для себя правило: в гору - бегом, а с горы можно расслабиться, и применяет его до сих пор. Как нелегко ему жилось в политике с его открытым, прямолинейным характером.
- А вас легко обидеть?
- Очень легко. Только обиду я долго не держу и не накапливаю, чтобы где-то при удобном случае выплеснуть. Сразу высказываю своё мнение и отстаиваю его.
Он, с группой сенаторов Совета Федерации, готовили в Конституционный суд требование об отмене Указа Президента о передаче земли и недр в частные руки. Тогда суд ничего не отменил, но Иван Зигмундович не сдался, у него и папка специальная есть с документальными доводами, при советской власти ещё заведённая, он эту тему продолжает прорабатывать.
- Если бы нам дали право иметь земельную ренту с природных ресурсов, все бы были заинтересованы, уголь - так уголь копать. Но чтоб мы знали, что бюджет наш от этого пополняется. А то бюджеты дырявые, мы как попрошайки. Говорят, что государство плохое. Государство у нас феноменальное! Огромное, богатое, 8 часовых поясов, всё у нас есть! Власть, которую мы избираем, и методика работы этой власти зачастую пагубная - и при коммунистах была и сейчас.
Вот те раз! И это заявляет человек, который два первых созыва работал, как сейчас говорят, спикером Законодательного собрания области, был первым секретарём Тулунского горкома партии, членом Совета Федерации. Оказывается, в политике бывают и такие политики?
- Многое зависит от характера, - объясняет Иван Зигмундович.
- А у вас какой характер, нордический? – хотелось почему-то пошутить.
- У меня характер жёсткий. Я долго могу слушать, но когда принимаю решение, уже не отступаю. Я ни разу не менял своих политических взглядов. При коммунистах был «белым», ну, потому что часто шёл в одиночку против того, как на местах исполняются партийные решения. Я один был в партийной группе областного Совета народных депутатов против избрания председателем областного Совета Юрия Абрамовича Ножикова. Но избрали, и я первым поздравил его, потому что мне партийная группа доверила. Тогда же была свобода – кто будет вести сессию? Поступило предложение: «А кто был «против», тот пусть и ведёт!» Ну, я и вёл, первым поздравил его. Он же умница, звонит мне через неделю и говорит:
- Ну, что, Иван Зигмундович, ты меня критиковал, поехали, я хочу посмотреть, за что. - Мы поехали, посмотрели, он говорит:
- Ты прав. - И после этого мы сколько отработали с ним! Да, у нас были разные взгляды. Расстрел Белого дома, например. Ножиков был на стороне Ельцина, я считал, что не надо крушить, а надо просто выстраивать наряду с государственными и рыночные отношения, тогда бы мы более плавно перешли к нынешнему устройству. Общество – это большая инерционная масса.
- Вы уполномоченный по правам человека? – прерывает решительно наш разговор курьер в защитной форме. - Вам письмо.
Да, немало жизнь подкидывала ситуаций, когда надо было принимать решение, и он его принимал. В 50 лет принимал, когда понял, что надо учиться ещё: поступил на юридический факультет и закончил его. А год назад стал уполномоченным по правам человека Иркутской области. Сложная работа.
- Те жалобы, которые я сейчас получаю, читать вечером не могу, я читаю их рано утром, в 5 часов. Утром прочитаю и могу сообразить, каким образом начинать решать эти проблемы.
- А бывают такие вопросы, которые жизни и смерти касаются?
- Да, и мне нужно людей убедить, что у них есть возможность выбора, умереть мы успеем, а нужно ещё пожить, побороться… Поэтому когда они приходят, я должен, как пастор, их выслушать, дать им выговориться, потому что, ну где ещё они могут это сделать?
Лютеранским пастором был дед Ивана Зигмундовича, Андрей Мартынович Зелент. Это он 100 лет назад привёл свою семью и единомышленников в Сибирь. Голендры, потомки тех немцев, которые отделились от католичества во времена лютеранского раскола, живут теперь и в Польше, и на Украине, и в Канаде, в Германии и Голландии. У нас, в Заларинском районе, тоже есть поселение голендров, участок Пихтинский. Зелент, Розен, Гиндельбрант, Кунц, Людвиг – такие там у людей фамилии.
- А вы когда-нибудь интересовались, что Ваша фамилия означает?
- Нет, но я знаю, что в Германии не меньше 300 Зелентов живут. Туда я, правда, не ездил, а к себе в гости зову.
Пришлось «идти» в Интернет. На запрос «Зелент» всезнающая сеть сообщила, что есть в Германии, в федеральной земле Шлезвиг-Гольштейн, населённый пункт с таким названием. Проживает там почти полторы тысячи человек. Ещё всезнающая сеть предложила подвергнуть исследуемую фамилию фоносемантическому анализу. Этот самый анализ показывает, какое подсознательное влияние слово оказывает на других людей. Исследование проходило по 25 параметрам: храбрый - трусливый, величественный – низменный, простой – сложный и т.д., и выясняло наиболее ярко выраженные характеристики. Оказалось, что слово «Зелент» обладает следующими фоносемантическими признаками из 25 возможных: весёлый, светлый, сильный. Вот это да! Для сравнения исследовала свою фамилию, и… лучше умолчу о результатах.
- Наши предки были и правда сильными, работать любили и умели, семьями большими жили. Нас вот в семье 11 детей: 5 сыновей, 6 дочерей было. Отец 82 года прожил, хотя прошёл трудовые лагеря. Он для нас был главным авторитетом. Научил уважать старших, ценить тех, кто рядом, жизнь любить. И я своих детей так же воспитывал, теперь у меня внуки растут и даже правнучка. Они знают свои корни, частенько в родной моей деревне гостят.
- А море вы любите? – даже не знаю, откуда возник такой вопрос, и при чём здесь море? Хотя, наверное, причём: недавно на каком-то рекламном плакате видела слово «Зеландия», написанное по-английски SEA LAND, земля у моря, морская земля, побережье. Читается как силэнт, а говорится зеланд. Произошло, видно, какое-то озвончение, и «Зелент», скорее всего, из «той же оперы».
Ивана Зигмундовича трудно чем-то удивить:
- Да, море я люблю, мы ездим с семьёй отдыхать иногда. Но лучше Байкала моря я не знаю!
Вот-вот-вот, сразу видно, наш человек! Иван Зигмундович Зелент, человек с байкальского побережья!
Светлана Переломова
ОБЪЯВЛЕНИЕ
Доставляем журнал "Иркутские кулуары" нашим читателям. Стоимость доставки 100 рублей. Телефон службы доставки: 8-964-1257227.
Весь номер журнала в формате PDF: https://rubabr.com/kuluar/8.pdf
