Виктор Игнатенко: «Достойную смену я подготовил»

За время выборов депутатов Законодательного собрания Иркутской области глава временного избиркома из чиновника, занимающегося больше техническим обеспечением кампании, превратился в фигуру политическую.

Роль для главы временного избиркома оказалась не совсем обычной и утомительной. По крайней мере, дальше наш собеседник себя в ней не видит. «Двенадцатый год в одной должности – это тяжкое испытание, это каторга, это застой», – заявил он в интервью «Конкуренту», объясняя причины своего решения оставить пост.

– В каких избирательных спорах ещё не расставлены точки?

– Пока нет ясной информации о причинах недостачи более 6000 избирательных бюллетеней. По Тайшетскому району, может быть, и нет оснований возбуждать уголовное дело, а о причинах недостачи бюллетеней по трети территориальных комиссий хотелось бы знать правду. Что это – умышленная или халатная недопечатка тиража бюллетеней типографией или что-то ещё? Не зря же начальник ГУВД стал 1 октября быстро отмахиваться от охраны бюллетеней, предложив избирательным комиссиям организовать круглосуточную охрану бюллетеней своими силами, а за милицией оставить только содействие такой охране. Быть может, многоопытный генерал что-то знал от своих оперативников, ибо серьёзный человек не может в разгар избирательной кампании направлять такие письменные предложения. Прокуратура области дала ответ: начальник ГУВД не прав, и вооружённая охрана бюллетеней была выставлена везде по области. Пока официального ответа от Следственного управления по поводу 6000 бюллетеней у меня нет. Вообще по бюллетеням надо разбираться основательно, подключая не милицию, а спецслужбы. И начинать надо с тех августовских дней, когда избирком и меня начали выталкивать на минное правовое поле и ждать: а вдруг подорвутся? Пойдёт в эту сторону – обвиним в коррупции, пойдёт в другую – в срыве досрочного голосования. Отпечатал бы тираж бюллетеней в Красноярске – вообще никаких проблем бы не было. А избирком пошёл по четвёртому пути и при разрешении проблемы применил статью 39 Уголовного кодекса «Крайняя необходимость». Такого правоприменительного аргумента в практике работы избирательных комиссий ещё не было.

– Будет ли судебное разбирательство по итогам выборов в 15-м округе, где столкнулись самовыдвиженец Сергей Шишкин и кандидат от «ЕР» Гавриил Франтенко?

– Суд будет. Но над кем он будет – это ещё вопрос. А что касается искового заявления об отмене решения окружной избирательной комиссии о результатах выборов по 15-му округу, то не сомневаюсь – судебное разбирательство будет. Окружная и временная избирательные комиссии к этому готовы. Не зря в ночь с 16 на 17 октября я подписал распоряжение об эвакуации всей избирательной документации из Черемхова в Иркутск. Рано утром 17 октября все коробки с избирательными документами были вооружённым подразделением «Спецсвязи», под моим личным наблюдением, доставлены в областной центр и заложены на хранение в одном подземном бункере, который в советское время строился на случай войны в целях защиты центра управления «Иркутскэнерго» от поражения атомным или химическим оружием. Сейчас эти документы круглосуточно охраняются, причём не милицией. Охраняются от рук недобросовестных людей, если таковые есть. По первому требованию суда эти документы будут ему предоставлены.

– Неужели вы верите, что выиграете у партии власти?

– Это вопрос не просто веры, а права. Выиграют или проиграют окружная и временная избирательные комиссии – это не суть проблемы. Не суть проблемы, какая должна быть фамилия у депутата по этому округу – Франтенко или Шишкин. Под фамилию вообще ничего нельзя подгонять. Главное здесь в другом: а каков был истинный выбор избирателей, кому конкретно они доверили представлять свои интересы в областном парламенте на ближайшие пять лет? Иными словами, надо устанавливать действительное волеизъявление избирателей. В этом споре я на стороне закона и источника власти, даже если такая позиция расходится с интересами партии власти.

– Значит, основания говорить о недействительности результатов выборов имеются?

– Да. Один из важнейших принципов российского избирательного процесса – документирование избирательных действий. В избирательном процессе дьявол прячется в деталях. Действительное волеизъявление избирателей должно документироваться в соответствии с законом. По 15-му округу в окружную комиссию и к нам поступили жалобы от кандидата Шишкина с требованием провести повторный подсчёт голосов по нескольким участкам. Наши юристы нашли основания для проведения такого подсчёта только по участку № 1501. Окружной комиссии было рекомендовано это сделать. В Черемхово для оказания методической помощи были отправлены представители нашей комиссии. Лично я попросил по телефону председателя окружной комиссии Чувашова никакие документы не вскрывать и не проводить повторный подсчёт голосов, пока не прибудут наши представители. Поначалу господин Чувашов меня слушался, а потом стал недоступен по мобильному телефону. Когда я узнал, что в Черемхове незаконно до назначения и проведения повторного подсчёта голосов были вскрыты списки избирателей, я всё бросил и помчался туда. По дороге мне один из членов временной комиссии доложил по телефону, что в помещении Черемховской районной избирательной комиссии избирательные документы не опечатаны и он воспрепятствовал задним числом опечатать эти документы.

Когда я на месте осмотрел коробки с бюллетенями и вскрытые списки избирателей, то ахнул. Окружная комиссия всё-таки назначила повторный подсчёт голосов, но на следующий день требование проведения такого подсчёта было снято представителем Шишкина. Он потребовал признать итоги голосования по трём участкам недействительными. И если строго следовать логике закона и права, то окружной избирательной комиссии ничего не оставалось делать, как признавать голосование по этим участкам недействительным. Чаша весов с голосами избирателей сработала в пользу Шишкина.

– Шишкин заявлял о вбросах бюллетеней по его округу и о том, что у него украли победу. Получается, он был прав?

– Кто был прав, на этот вопрос ответит следствие. Мною от имени временной избирательной комиссии было подано заявление в Следственное управление Следственного комитета при прокуратуре о возбуждении уголовного дела по признакам совершения преступления, предусмотренного статьёй 142-1 Уголовного кодекса «Фальсификация итогов голосования». По этому делу надо не просто бюллетени считать, а провести криминалистическое исследование избирательных документов и допросить большое количество избирателей. Приведу только один показательный пример. На избирательном участке № 1494 (село Голуметь Черемховского района) по документам отмечена невероятно высокая явка избирателей, которой не было даже на последних выборах Президента России. Распечатка ГАС «Выборы» об участии избирателей в голосовании по участку № 1494 показывает временной интервал, в котором был наиболее вероятен вброс бюллетеней. По имеющейся у меня информации, с жителями этого села уже несколько дней подряд «работают» служащие Черемховской районной администрации и высокопоставленные чиновники из областной администрации. Видать, находясь в служебной командировке, занимаются реинкарнацией актов голосования нескольких сотен избирателей.

– Как вы относитесь к тому, что ваши оппоненты в штабе «Единой России» называют вас главным виновником такого низкого результата голосования за партию в нашей области?

– Не надо из меня делать культ личности. Каков посев, таков и урожай. Понимаете, я не агроном и не состою на службе у какой-либо партии. Если кто-то считает, что от правовых позиций избиркома и её председателя было деформировано волеизъявление избирателей в ущерб партии «ЕР», то это полный бред. Просто избирательный штаб «ЕР» вёл изначально себя примерно так: мы – партия власти; нам всё позволено; раздавим всех, кто на нашем верном пути; избирком будет вякать – «оторвём ему голову». Скажите, разве это можно назвать конструктивным подходом?

– Вы можете назвать основные ошибки, которые совершил штаб «ЕР» в этой кампании?

– Кому интересны мои оценки, если избирательный штаб «ЕР» виноватого в своём провале давно назначил.

– А всё-таки?

– На мой взгляд, таких причин несколько. Во-первых, избирательную кампанию «ЕР» возглавлял первый заместитель губернатора Сергей Михайлович Сокол, который никогда не руководил избирательными кампаниями такого масштаба. Он не знает основ избирательного законодательства и, по всей видимости, доверился незнакомым юристам штаба, веря в юридическую непорочность их рекомендаций и предложений. Иными словами, некомпетентность и непрофессионализм главного руководителя избирательной кампании – первая причина неудачи. Во-вторых, из управления избирательной кампанией были выдавлены местные и многоопытные профессионалы. Приезжие не чуяли под собой земли, она для них не родная. Они были просто на заработках, получили свои гонорары и уехали. В-третьих, целая цепь досадных промахов в организации кампании. В-четвёртых, великая надежда избирательного штаба на мощь административного ресурса, который периодически отключал файл под названием «интеллект». В-пятых, за отказ выполнить целый ряд противозаконных требований и пожеланий избирательного штаба «ЕР» и лично Сергея Сокола избиркому и его председателю была объявлена настоящая война. Я до последнего времени нахожусь в состоянии необходимой обороны. Что только мне не ставилось и не ставится в вину: не дал первого места «ЕР» в бюллетене; зарегистрировал «Зелёных»; не отказал в регистрации кандидатам из так называемого «списка Сокола»; отказался заменить подложную копию диплома одного из кандидатов; отказался печатать бюллетени в Красноярске и многое-многое другое. В общем, если следовать лексике 1937 года, занял «антипартийную позицию». Если быть точным, они назначили меня виновным за свой будущий провал задолго до 12 октября. Однако временная избирательная комиссия работала под моим руководством не против партии власти, а против нарушения наёмными политтехнологами этой партии норм избирательного законодательства.

– Выходит, что руководитель агентства «Вертикаль» Сергей Толмачёв был прав, говоря о противостоянии «ЕР» и избиркома?

– Это – заведомо субъективная оценка избирательной кампании со стороны человека, который не хочет нести ответственность за соответствующий уровень своей работы на выборах в качестве одного из руководителей избирательного штаба «ЕР». Кстати, этот человек – один из самых активных борцов с председателем временной избирательной комиссии. Выборы давно завершились, а этот человек до сих пор находится в запале борьбы против меня. Он, как фокусник, незаметно превратил избирательный штаб «ЕР» в штаб борьбы с Игнатенко.

– Существует мнение, что вы просто не любите губернатора и не хотите, чтобы его утвердили в должности.

– Такое утверждение – полный бред. Что значит для государственных людей любит – не любит? Даже комментировать это не хочется. Буквально вчера встречался и разговаривал с Игорем Эдуардовичем, не заметил ни одного негативного флюида в свою сторону. У нас нормальные отношения. Не полюбовные, но ровные служебные. Видать, кому-то очень хочется нас поссорить.

– Вы можете сказать, как теперь, после такой бурной избирательной кампании, будут складываться ваши отношения с первым заместителем губернатора Сергеем Соколом?

– К первому заместителю губернатора я не имею никакого отношения. Считаю, что его назначение на такую ответственную должность является серьёзной кадровой ошибкой. Чьей? Не знаю. В любом случае думаю, что не губернатора.

– Сейчас вы находитесь в эпицентре серьёзного конфликта, вас не беспокоит политическое будущее?

– Я не изменял ни Родине, ни Конституции, ни жене, ни Центризбиркому, ни коллегам по работе, ни избирателям. Я никому не изменял и никого не предавал. Предательство – это самое гнусное дело. Кляуз не писал. Никому не объявлял никакой войны. Уголовного кодекса не нарушал. Исправно плачу налоги, можете об этом спросить у начальника областной налоговой службы. По этим причинам и сплю спокойно. Того и всем желаю.

– А партии власти разве не изменяли?

– Нет. Будете громко смеяться, но я голосовал за «Единую Россию». И не жалею об этом. В списке кандидатов от этой партии немало людей, которых я безмерно уважаю. Да простят меня мужчины, но я голосовал в этом списке кандидатов за прекрасных женщин. Теперь буду молить бога, чтобы спикером Законодательного собрания была избрана женщина.

Вы знаете, надо различать саму политическую партию и некоторых функционеров от этой партии. Это не одно и то же.

– А вы не думали, что вас в декабре просто не переназначат на должность председателя областной избирательной комиссии и станете тогда безработным?

– Я так не думаю. Как можно досадить человеку, не назначая его на должность, на которой он, как приговорённый, работает более одиннадцати лет? Я давным-давно принял решение в декабре этого года завершить свою работу в должности председателя избирательной комиссии Иркутской области. Двенадцатый год в одной должности – это тяжкое испытание, это каторга, это застой. Поймите меня правильно, я не хочу хоронить свой потенциал – у меня есть здоровые карьерные амбиции. А достойную смену в облизбиркоме я подготовил.

– Выборы завершены, чем вы будете заниматься в ближайшее время?

– Во-первых, уйду в отпуск. Я целых два года не отдыхал. Работаю с перегрузками. В последние месяцы ложусь спать в полночь, а встаю полпятого утра – и за письменный стол. У меня теперь не конституционное право на отдых, а конституционная обязанность отдыхать. Во-вторых, слетаю в Питер к своим давним друзьям и товарищам. Кстати, они тоже профессора права. Обсудим детали моего будущего. Надо посетить и Москву. В-третьих, мне надо дописать книгу. Хочу сам себе сделать подарок. На следующий год мне исполняется пятьдесят лет. А это серьёзный повод подвести некоторые итоги минувшего полвека. В общем, для меня наступает пора думать о главном. На самом деле я искренне простил заблуждавшегося Сергея Михайловича Сокола и всех моих недругов из избирательного штаба «ЕР», если таковые там до сих пор имеются. Я не злопамятный человек.