Зовем гастарбайтеров: демографическая яма Прибайкалья
Сокращение населения и трудовых ресурсов привело к жесткому дефициту кадров в Иркутской области.
Первыми тревогу забили строительные компании, которые больше других зависят от постоянного притока людей рабочих специальностей. В 2020 году многим казалось, что дефицит кадров — временное явление, связанное с закрытыми границами и оттоком гастарбайтеров. Однако свежие статистические выкладки дают понимание, что проблема куда серьезней и глубже.
Еще в феврале БАБР писал о масштабной демографической катастрофе в Иркутской области на фоне эпидемии коронавируса:
Вымираем: население Иркутской области сокращается рекордными темпами
Напомним главное. В 2020 году население Прибайкалья сократилось на 15,5 тысяч человек. Печальная цифра складывается из трех основных факторов: увеличения смертности, падения рождаемости и рекордного миграционного оттока. Естественная убыль населения составила 8,5 тысяч человек; отрицательное сальдо миграции — 7 тысяч человек.
Вклад эпидемии в эти цифры не стоит преуменьшать. Достаточно сказать, что за 2020 год избыточная смертность в области составила 4 тысяч человек; за первый квартал 2021 года — еще 1,4 тысячи человек.
Другие, не менее ощутимые проблемы — отток квалифицированных кадров и сокращение трудоспособного население. На последнем стоит остановиться подробней, ведь сложившаяся картина без преувеличения ужасает.
В 2010 году в Прибайкалье было 1 513 787 граждан трудоспособного возраста. К 2020 году их число сократилось до 1 334 835. Сжатие за десятилетие составило 179 тысяч человек. Подчеркнем — за десятилетие. А теперь взглянем на свежие данные Иркутскстата, из которых следует, что по состоянию на начало 2021 году трудовые ресурсы в области насчитывали всего 1 152 900 человек.
В контексте:
Хроники вымирания: как пустеет Иркутская область
Здесь нужно понимать, что реально трудящихся (трудовых ресурсов) всегда меньше, чем людей трудоспособного возраста (это скорее демографический, а не экономический показатель). Поэтому корректно такое сравнение: в 2018 году трудовые ресурсы области насчитывали 1 184 тысяч человек, а по итогам 2020 года составили 1 152 тысяч человек. Минус 32 тысячи человек за три года. Это население небольшого города.
При этом в «трудовые ресурсы» записывают всех, кто достиг 15 лет, включая безработных. Фактическое число работающих не превышает 1 064 тысяч человек. Официальный уровень безработицы — 7,7%. В сельской местности безработица достигает 10%, доля безработных среди молодежи — 18,8%. Уже сейчас на одного работника приходится около 1,4 иждивенца (грубо). Это свидетельствует о большом навесе пожилого населения и общем ухудшении ситуации на рынке труда. Без массового притока гостей из Средней Азии не обойтись.
БАБР следит за развитием событий.
