Олимпийские игры: по полам нацело не делятся

«То ли баба, то ли мужик» из Алжира Иман Хелиф таки официально выиграла женский турнир по боксу на Олимпиаде в Париже, предоставив сторонникам эсхатологической теории мира богатый материал для приготовлений к концу света. Но мир налетает на небесную ось из-за таких подозрительно сильных спортсменок с тех самых пор, как в Олимпийских играх стали участвовать женщины.

Тем более что соревнуются-то не средние, а конкретные люди, причем не как в античности, а в одежде. Ответственный за мышечную массу тестостерон вырабатывается и у женщин, и индивидуальные показатели сильно отличаются. Поэтому всегда есть соблазн попытаться использовать преимущество, если оно есть. Вопрос в том, кто этому соблазну поддается – индивид или государство. Ну а что, в спорте больших достижений победы достигаются любой ценой.

Так, ушедшая из жизни несколько дней назад олимпийская чемпионка 1952 года, призер различных соревновании в метании копья и диска, а также толкании ядра Галина Зыбина в свое время прямо требовала отстранения сестер Тамары и Ирины Пресс, которые также были представительницами СССР и буквально шутя брали медаль за медалью. Зыбина утверждала, что они не женщины.

Даже отказалась из-за конфликта вставать с Тамарой на пьедестал почета и направила соответствующее письмо в ЦК КПСС, которое подписали другие представители сборной. Но сестер Пресс в сборной оставили, а подписавшихся под письмом из нее выгнали.

«Куда же они денутся? Медали-то нужны. Но все равно обидно. Особенно когда Алексеев [тренер] назвал меня бесстыжей. Да он бесстыжий, что взялся тренировать этих сестер! Марков, старший тренер сборной по метанию, от Пресс отказался. А Виктор Ильич согласился. И попёр на меня, хотя вместе работали с 1945 года. Но такой он человек. Главное – результат», – вспоминала Зыбина в своей книге.

И на нездоровую конкуренцию тут не спишешь. Когда в 1966-м на чемпионате Европы по легкой атлетике в Будапеште впервые начались проверки пола спортсменок, сестры Пресс отказались в нем участвовать. Имея золото двух предыдущих олимпиад и находясь на пике карьеры. Директор Международного олимпийского комитета (МОК) Моник Берлиу так прокомментировала нововведение с проверками:

«Те, кто считает, что спортивная арена не место для женщины, возможно, саркастически ухмыльнутся, узнав, что некоторые чемпионки, возможно, вообще не принадлежат к слабому полу».

Зыбина, будучи человеком прямым, не ограничивалась этими подробностями формирования сборных. Сомнительных представителей она называла «гермафродитами», приводя несколько фамилий, например, Александры Чудиной:

«Их выставляли за сборную СССР. Мы-то знали... В Хельсинки мы уже вовсю тренировались, а Чудину привезли последним поездом, когда нашу заявку подписала медицинская комиссия. Но выигрывать Шуре запретили. Предупредили: «Любое место, кроме первого!». Она выступала в нескольких дисциплинах. Прыжки в длину и метание копья: два серебра, прыжки в высоту: бронза».

Да собственно, подобные драмы разыгрывались и до того, и после, а в центре скандалов оказывались представительницы (да и обоснованные существовавшим на тот момент методом представители) разных стран, и социалистических, и капиталистических.

МОК сначала проводил свои тесты немудряще – визуальным осмотром, но через пару лет взял на вооружение не унизительный метод – анализ на половой хроматин (тельца Барра), для которого достаточно мазка изо рта. Вначале были скандалы с аннулированием рекордов, потом, если результаты анализа оказывались «неправильными», спортсменкам предлагали закончить карьеру без лишнего шума, под благовидным предлогом.

Но у метода был недостаток. У некоторых женщин встречается синдром нечувствительности к андрогенам. Даже при наличии в клетках мужских хромосом такой организм развивается по женскому фенотипу.

В 1988 году Международная ассоциация легкоатлетических федераций отменила генетическое тестирование спортсменок. МОК сопротивлялся дольше. В 1992 году ввели новый тест – анализ на наличие гена SRY, определяющего пол. Но и этот метод не признали безошибочным. На летней Олимпиаде 1996 года в Атланте восемь спортсменок «не прошли» этот тест, но по результатам дальнейшего обследования были допущены к соревнованиям.

Как правило, у человека 46 хромосом, распределенных по 23 парам. Одна из этих пар различается у индивидов разного пола: у женщин обычно две X-хромосомы, тогда как у мужчин — X и Y. Однако, как упомянуто выше, генетические ошибки, мутации и взаимодействия между ДНК и гормонами обуславливают исключения из этого правила: набор хромосом человека может соответствовать одному полу, а его анатомия — другому. В целом таких «сомнительных» людей сравнительно немного, но в силовых видах женского спорта в принципе участвуют не трепетные белоснежки (хотя человечество умудрилось разругаться и из-за качества белоснежек). И в 1999-м МОК отменил поголовную верификацию пола, оставив за собой право индивидуальной проверки в случае обоснованных подозрений...

В общем, как ни парадоксально, с развитием медицины и знаний в области генетики вопрос разделения спортсменов по полам так и не решился. К тому же за детализацией объективной картины мира вполне поспевает, как та Кастер Семеня за бесспорными женщинами, субъективный подход. Тем более что к участию в Играх официально допустили лиц, поменявших пол.

И вряд ли во всем этом запутанном процессе когда-нибудь поставят точку, разве что человечество начнет предопределять ДНК вообще всех своих эмбрионов. Но и искать в гендерных спортивных конфликтах о чем-то говорящее начало тоже нельзя: гормоны в людях никогда не распределялись равномерно, даже если не вдаваться в сложную кухню генетики. Этот факт неравномерности, который может стать и фактором успеха, и личной трагедии (причем порой одновременно), просто будет всегда по-разному использоваться...