Киноархив-1976: Цыганские страсти, молдавские мордасти

40 лет назад вышел фильм «Табор уходит в небо». Этой мелодраме из цыганской жизни, повествующей о непростых любовных отношениях между гордой Раддой и пылким Лойко (героями, позаимствованными из рассказа Горького), неожиданно выпало стать одним из самых любимых фильмов русского народа.

Песни и танцы, костюмы и пейзажи, страсть и трепет, переполняющие эту картину, позволяют без обиняков зачислить ее в ряд наилучших этнографических киношедевров. После этого фильма нам никакой Эмир Кустурица особо не нужен.

Жарко живется в среде горячих цыганских парней и девчат, населяющих один из кочующих таборов, в данный момент околачивающийся на задворках Австро-Венгерской империи (дело происходит в конце позапрошлого века). Любовь и кровь, страсть и смерть, одержимость и оголтелость правят здесь вечный бал. Все это хорошо знакомо пылкому цыгану Лойко Зобару (Григоре Григориу), который до неистовства и на беду свою влюбился в дерзновенную Радду (Светлана Тома) – первейшую таборную красотку, но кроме того сумасбродку и вертихвостку.

Раддиной взаимности добивается еще и венгерский дворянин Силади (Ион Шкуря), готовый в любую секунду осыпать кралю всем своим златом. Радде льстит внимание глупого толстосума – и она поначалу охотно принимает его неуклюжие ухаживания. Лойко, понятное дело, такие игры крайне не нравятся – в него тоже безнадежно влюблена девушка Юлишка (Елена Садовская), однако он даже на минуту не в силах забыть о Радде. И, конечно, ничего хорошего от Настоящей Цыганской Любви ждать по итогам не приходится – об этом давным-давно поведал всему свету еще французский классик Проспер Мериме, написавший историю про Кармен.

В ряды здешних цыган затесался и вороватого вида украинец Борислав Брондуков. «Мордой не вышел для дел благородных», – говорит о себе его герой Буча

Русский же литературный классик Максим Горький примерно через полвека после Мериме сочинил куда менее известный рассказ под названием «Макар Чудра», который, возможно, даже в нашей стране не помнил бы сегодня никто, кабы молдавский режиссер Эмиль Лотяну не снял по его отдаленным мотивам свою нетленку «Табор уходит в небо», в мгновение ока превратившуюся в один из любимейших фильмов советского народа.

В списке абсолютных лидеров кинопроката СССР за «Табором» навечно осталось очень почетное тринадцатое место: цыганская мелодрама умудрилась обогнать таких признанных фаворитов, как «Калина красная», «Служебный роман» и даже «Иван Васильевич меняет профессию».

А рассказ Горького, ставший формальной основой для сюжета данного фильма, – и впрямь малоинтересный. Язвительный Набоков вполне справедливо писал о воспетом советским литературоведением Максиме, что схематизм горьковских героев и механическое построение его рассказов «восходят к давно мертвому жанру нравоучительной басни».

Решительно ничего мертвого, схематичного, механического или нравоучительного не осталось в псевдогорьковской кинопоэме подлинного любимца муз Лотяну. «Табор уходит в небо» попадает в число самых антиидеологических, внеконъюнктурных, абстрактных в своей поэтичности советских фильмов. Достаточно сказать, что «Табор» вошел в историю в качестве одной из первых отечественных лент с откровенной обнаженкой.

Молдавскую еврейку Светлану Тома – свою звезду, музу и (в течение недолгого времени) возлюбленную – Эмиль Лотяну, согласно легенде, повстречал на кишиневской троллейбусной остановке

За три года до соответствующего подвига Александры Яковлевой в «Экипаже» несказанно прекрасная смуглянка-молдаванка Светлана Тома осмелилась сыграть топлес в очень длинной сцене, снятой одним планом. Во всем советском кино (включая перестроечное) трудно сыскать более эротическую сцену, чем та, где вышедшая из реки наяда Радда сначала обнажается по пояс, а затем долго-предолго стягивает с себя свои многочисленные юбки. Этот стриптиз под лозунгом «Сто одежек – и все без застежек!» в эпоху застоя явно выглядел сенсацией.

«Табор уходит в небо». Режиссер: Эмиль Лотяну. СССР, 1976