Скандал в святом семействе
Как стало уже ясно, главное идеологически-церковное ведомство РПЦ МП расширяет свои "черные списки". Но теперь в них попали не писаки-хулители и не "изверженные из сана" главы целых православных юрисдикций, и даже не ретивые секулярщики-правозащитники, покрывающие художников-хулиганов.
Нет, в благородном семействе "традиционных конфессий" вспыхнул настоящий скандал, вызванный ясно выраженным нежеланием Совета муфтиев России (СМР) во главе с Равилем Гайнутдином участвовать в кампании по конфессионализации образования.
"Преподавание знаний о религиозной культуре в государственной и муниципальной школе должно осуществляться без разделения учебников и учащихся по конфессиональному признаку", говорится в заявлении Совета. Но беда не столько в том, что Совет решил лишить проект "православизации" образования своей поддержки. Вина муфтия состоит в том, что он вовремя не предупредил функционеров ОВЦС МП и лично его главу о своем "volte-face". А вот таких вещей в обществе "солидных господ" уже не прощают. Гневу митрополита Кирилла не было предела, как сообщают очевидцы. Приглашение муфтию Равилю Гайнутдину на "Всемирный русский собор" было немедленно отозвано к вящей радости главного его соперника Талгата Таджутдина. Оказалось, что право участвовать в смотре религиозно-народной самодеятельности прямо зависит от своевременного информирования начальства о маленьких нюансах своего пи-ара.
В чем же главная идея и главный смысл тенденции, которая так сильно привлекла Совет муфтиев вначале и столь же сильно оттолкнула его в конце? Первоначально идея позиционировалась как фундаменталистская: нам нужны патриархальные религиозные ценности. Большинство граждан – русские, "а значит" - православные. Тут спору почти нет. Значит, надо просто-напросто обеспечить "санобработку" потенциальных (актуальные-то ходят, чай, в воскресные школы при храмах) пасомых РПЦ МП. А мусульмане вправе отказаться, если не хотят слушать православную культуру. Их все равно мало. Правда остается небольшой зазор – т.н. "мусульмане по рождению"… Имеют ли последователи ислама право зачислить в свои ряды всех этнически татар, башкир, северных кавказцев и представителей прочих традиционно мусульманских народов? Вопрос остается открытым.
Однако в процессе проработки этой инициативы выяснился один интересный факт: власть не вполне готова утвердить пакет законов о конфессиональном образовании в том виде, каком он предлагается. Не готова принять "Основы православной культуры". И это колебание властей моментально высветило возможность для представителей Совет муфтиев обозначить свое несогласие с конкретной идеей клерикализации "по принципу большинства" и потребовало равнозначного представительства. Вот тут вопрос и встал во весь рост: одно дело терпеть послушный маленький национальный ислам как "миноритарную конфессию", а другое дело – рассматривать вопрос о равноправном представительстве в информационном пространстве и у государственной кормушки. Может, произошла ошибка в выборе партнера, и фундаменталисты – нам не друзья?
Напоследок два слова о контексте этих "нелюбок". Статус "Русского народного собора" пока еще неясен. То ли это выставка талантов и ярмарка идей, наподобие "Рождественских чтений", то ли мероприятие по приручению и мобилизации православно-патриотического фундаментализма, то ли просто тусовка с фольклорно-объединительным оттенком. "Русский народный", видимо, противопоставлен "нерусскому" (татарскому, еврейскому, калмыцкому, якутскому и т.д.), а может, "русский" значит "эр-эф-ский"? Этот статус пока определяется. И в плане объединения надо бы продемонстрировать единство рядов. А тут такой афронт…
Кроме того, наконец, наступил Великий Пост, который хотя и отходит в область частной жизни, но все же навязывает определенное настроение и форму поведения. Придется воздержаться на время от прямой конфронтации. Однако время идет и, вдруг, паче чаяния, ислам в версии СМР начнет превращаться в еще одну "альтернативную конфессию"? Именно тут может проявиться одно странное свойство "альтернативности" - она напрямую зависит от политической тенденции. Иначе говоря, альтернативность из области религиозной медленно, но верно перемещается в область религиозно-политическую. С ростом экспансии "православизма" как альтернативы "исламизму" даже вполне умеренные религиозные организации будут неизбежно смещаться в сторону "альтернативности". И в этом проявляется одна особенность российской истории: борьба за симпатии власти поляризует социальное поле.
