Ювенальная юстиция: зачем она нужна?

Российское общество сталкивается в последние 20 лет с множеством правовых проблем, для которых у страны пока нет решения. Одна из таких проблем - преступления против детей. Почему в России до сих пор нет ювенальных судов и зачем они нужны, рассказывает юрист Павел Иванов.

Правовая теория и история вопроса

Во исполнение положений Конвенции о правах ребенка (в части положений Конвенции, которые устанавливают принципы обращения с несовершеннолетними, оказавшимися в конфликте с законом и обеспечения их прав при отправлении правосудия), международными специалистами по инициативе ЮНИСЕФ разработано «Руководство ООН по оценке показателей в области правосудия в отношении несовершеннолетних», в котором подробно описаны 15 показателей. К нам термин «ювенальная юстиция» пришел из Минимальных стандартных правил ООН, касающихся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних («Пекинских правил» 1985 года).

Создание специализированной системы правосудия в отношении несовершеннолетних является обязательством Российской Федерации по исполнению Конвенции ООН о правах ребенка. В Концепции судебно-правовой реформы в Российской Федерации (принятой в 1991 году) предусмотрено создание специализированных (ювенальных) судов.

Термин «ювенальная юстиция» упоминается в «Основных направлениях государственной социальной политики по улучшению положения детей в Российской Федерации до 2000 года (Национальном плане действий в интересах детей)». Указом Президента Российской Федерации от 14 сентября 1995 года № 942 было предусмотрено «создание системы ювенальной юстиции, специальных составов судов по делам семьи и несовершеннолетних».

Федеральный Конституционный Закон РФ «О внесении изменений в Закон «О судебной системе Российской Федерации» в части введения ювенальных судов был принят в первом чтении более 10 лет назад, в феврале 2002 года. Им предусмотрено, что для осуществления правосудия в отношении несовершеннолетних в рамках системы специализированных судов должны создаваться ювенальные суды в системе федеральных судов общей юрисдикции. Рассматривать ювенальные суды в пределах своей компетенции должны уголовные, гражданские и административные дела, в которых хотя бы одним из участников является несовершеннолетний.

При этом в Уголовном и Уголовно-процессуальных кодексах России уже давно существуют особые положения, регламентирующие вопросы уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних, а также особенности расследования и судебного разбирательства уголовных дел о преступлениях несовершеннолетних. В ювенальной юстиции карательные и репрессивные меры уступают воспитательным и реабилитационным, причем приоритет воспитательных и реабилитационных мер обеспечивается судом во взаимодействии с социальными службами, поэтому федеральными законами «Об основах профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» ( № 120 –ФЗ от 24.06.1999 г.) и «Об основных гарантиях прав ребенка в РФ» (№ 124-ФЗ от 09.07.1998 г.) регламентирована деятельность по профилактике безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних, определена структура органов и служб профилактики, их полномочия и механизм взаимодействия.

Для России существующая ювенальная юстиция – это сфера уголовного правосудия по делам о преступлениях несовершеннолетних.

Практическая реализация концепции ювенальной юстиции

Активно обсуждаемый сейчас вопрос «Вводить ли ювенальную юстицию в России?» не имеет под собой оснований. В России ювенальная юстиция, то есть система правосудия в отношении несовершеннолетних, оказавшихся в конфликте с законом, уже существует, и существует более 10 лет.

Однако в России до сих пор нет «ювенальных судов». Правосудие по делам несовершеннолетних (предусматривающее специализацию по уголовным и гражданским делам, по которым одной из сторон является несовершеннолетний), как самостоятельная подсистема общего правосудия, отсутствует. И, несмотря на давно принятые концепции и обозначенные пути развития, нет единого понимания, какие категории дел должен рассматривать ювенальный суд, как должен быть устроен (например, будет вне судов общей юрисдикции или как часть этих судов). На практике пока сочли целесообразным обеспечение специализации судей по делам несовершеннолетних, повышение их квалификации не только по вопросам права, но и психологии, педагогики, формирование в крупных районных (городских) судах общей юрисдикции специализированных судебных составов по делам несовершеннолетних.

Используют ювенальные технологии в своей работе суды общей юрисдикции 52 субъектов Российской Федерации. При этом ими учитываются рекомендации, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 февраля 2000 г. № 7 «О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних». 21 декабря 2010 года состоялся Пленум Верховного Суда Российской Федерации, по итогам которого принято Постановление «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних».

Одним из пилотных регионов стала Ростовская область, где ювенальные технологии внедряются с 2001 года, также активно работают в этом направлении Липецкая и Саратовская области. Подробно о внедрении принципов ювенальной юстиции именно в рамках уголовного судопроизводства изложено в обобщении практики внедрения ювенальных технологий в работу судов общей юрисдикции, проведенном в 2008 году Верховным Судом РФ, а также в Справке о ювенальных технологиях, подготовленной в 2010 году Рабочей группой при Совете судей РФ по созданию и развитию ювенальной юстиции в системе правосудия РФ. Также есть Постановление Президиума Совета судей РФ «О результатах обобщения информации судов субъектов РФ об использовании ювенальных технологий судами общей юрисдикции» от 21 июня 2010 г. № 228.

Проблемы общества отражаются в правосудии

У нас в России существующая ювенальная юстиция – это сфера уголовного правосудия по делам о преступлениях несовершеннолетних. В других странах мира ювенальная юстиция – это может быть правосудие по гражданским, семейным делам. Но это – уже другая модель ювенальной юстиции.

Россия столкнулась с теми вызовами обществу, с которыми западным странам пришлось иметь дело еще в 1930-е годы, на начальных этапах глобализации общества и распада (в той или иной степени) традиционных структур – семьи, малых территориальных сообществ, церковных приходов и т. д. У российского общества пока нет методов решения многих из этих проблем.

Преступления против детей с их непривычной для общества жестокостью оказываются аргументом для запроса на насилие в целом. «Защита беззащитного» предстает в России, как и во множестве западных стран, той областью, где возможен любой градус ответного насилия.

Оборотной стороной образа ребенка как объекта защиты, является представление о нем как о потенциальном источнике вреда, способном на поступки, выходящие по своей жестокости далеко за пределы обычных преступлений. Наряду с требованиями ужесточения законодательства против педофилов и потребителей детской порнографии, прокуратура и СКП в последнее время регулярно высказывают озабоченность растущей подростковой и детской преступностью.

При этом государственные предложения до сих пор сводятся к введению ювенальных судов и в отмене содержания несовершеннолетних в колонии. В этой части очевидна пробуксовка ювенальной реформы. Более того, подведение итогов первых 10 лет реформы, которые оцениваются как положительные, никак не придает этой реформе ни ускорения, ни даже определения ее дальнейших путей и приоритетов.

Так о чем идет речь?

Развернувшееся в СМИ обсуждение вопросов введения в России ювенальной юстиции показывает, что произошли смешение и подмена понятий, и граждане фактически выступают не против совершенствования правосудия в отношении несовершеннолетних, не против ювенальной уголовной юстиции в целом, а против нарушений в сфере гражданско-семейных правоотношений, против расширения прав государства по вмешательству в дела семьи.

Существующие в гражданско-правовой сфере России проблемы взаимодействия «государство-семья» свидетельствуют о необходимости проведения системной работы по совершенствованию семейного законодательства, законодательства об опеке и попечительстве, совершенствованию практики применения этого законодательства.

И опять же, нет необходимости вводить некое новое «ювенальное законодательство». Есть достаточный законодательный массив, который нуждается в корректировке и совершенствовании.

Как будет осуществлена эта корректировка под лозунгами развития ювенальной юстиции? Либо в сторону увеличения полномочий социальных служб самостоятельно принимать решения, либо в сторону уменьшения этих полномочий. На практике это означает определение объема полномочий государственных социальных служб в части принятия мер реагирования на ситуацию в семье: 1) незамедлительно; 2) без судебного решения.

Отмечу, что в настоящее время статья 77 Семейного кодекса РФ, действующего с 1996 года, предусматривает право органа опеки и попечительства на незамедлительное отобрание ребенка из семьи в случае, когда есть непосредственная угроза его жизни или здоровью. Затем возможен либо возврат ребенка в семью, либо инициирование судебного процесса о лишении родительских прав. Существует и достаточная правоприменительная практика.

Государственные органы сейчас уповают на более активную политику по защите прав детей, подразумевая, что дети становятся преступниками от недосмотра: дескать, если передать детей от недобросовестных родителей под присмотр государства в лице его образовательных сиротских учреждений, то ситуация изменится к лучшему. Именно дети из неблагополучных семей объявлены самым незащищенным слоем населения, поэтому им необходима помощь государства и контроль со стороны государства за такими семьями.

Государство предлагает в целях борьбы с подростковой преступностью поставить детей и семьи под больший, чем сегодня, контроль. Этот же способ предлагается и для предотвращения внутрисемейного насилия по отношению к детям. Идеологи ювенальной реформы опираются на опыт западных стран, где у социальных служб очень широкие (иной раз по нашему менталитету – чрезмерные) полномочия, который нельзя полностью переносить на российскую почву.

В то же время «изобретение велосипеда» в виде разработки полностью отечественной модели ювенальной юстиции при наличии уже устоявшегося и апробированного практикой семейного законодательства, является столь же тупиковым вариантом развития реформы.

Необходимо решить самый принципиальный вопрос – определить степень допустимости вмешательства государства в жизнь семьи, в частную жизнь своих граждан. Вот как раз об этом и стоит говорить, активно обсуждать, формировать общественное мнение, и доводить выработанную общественную позицию до властей любыми законными способами. Существующая практика показывает, что процесс не будет легким.

Павел Иванов
Источник: Letidor