Любовь к отеческим гробам
28 сентября в петербургском Петропавловском соборе похоронили императрицу Марию Федоровну, урожденную принцессу датскую Дагмару, жену императора Александра III.
Хоронили Марию Федоровну пафосно. Придумали красивую легенду, что гроб с телом императрицы проделает тот же путь, что и она сама 140 лет назад, когда прибыла из Дании в Петербург: из Копенгагена на датском корабле до Кронштадта, оттуда в Петергоф и потом в Петербург. О покойной императрице во всех СМИ писали и говорили как о живой: «Мария Федоровна прибыла в Кронштадт», «императрицу встретил почетный караул» и т.д. В Кронштадте матери Николая II салютовал корабль «Смольный». В Петергофе пустили на полную мощь фонтаны. Картину дополняли съехавшиеся на похороны представители дома Романовых.
Однако простые граждане так и не смогли понять, ради чего, собственно, затевалось это грандиозное действо. Прах Марии Федоровны в отличие от останков Николая II и его семьи не лежал в яме у дороги, а мирно покоился в королевской усыпальнице в Дании. И если похороны семьи расстрелянного царя действительно имели для тогдашней России некое символическое значение — это был знак покаяния нации за преступления большевиков, — то здесь никто даже не утруждал себя попытками как-то идеологически обосновать мероприятие. Похоронить себя рядом с мужем вроде бы завещала сама Мария Федоровна, но можно было сделать это без такой помпы. Говорят, датский королевский дом не горел желанием расставаться с останками принцессы Дагмары — в Дании уважают эту мужественную женщину, на долю который выпали тяжелые испытания, но вряд ли аскетичные скандинавы поставили условием своего согласия невероятный размах мероприятия — скорее, это наши привычки.
Чувствуя что-то неладное и предполагая, что такое важное событие не может происходить просто так, циничная публика начала гадать. Самое простое объяснение – все делается ради освоения денег. Но, по официальным данным, на церемонию потрачено из федерального бюджета 30 миллионов рублей. В сущности копейки – на асфальтировании одного московского дворика средних размеров можно «освоить» больше. Есть версия, что идею перезахоронения продвигала Московская патриархия, старающаяся получить ныне принадлежащий музею Петропавловский собор, в котором находится усыпальница Романовых. По словам министра культуры Александра Соколова, патриархия обратилась в министерство с просьбой о возобновлении регулярных богослужений в соборе, и этот вопрос "обсуждается". Однако и эта версия выглядит слабоватой – если после похорон Николая собор не отдали, то почему его должны отдавать теперь? Даже разрешить богослужения еще не значит отдать.
Может, все это инициатива монархической общественности, Российского имперского союза-ордена, Дворянского собрания и пр.? Наверняка они поддерживали идею — Мария Федоровна оставалась последней императрицей, не похороненной на родине (второй, впрочем). Но монархисты в России слабы, самостоятельно им такое мероприятие не поднять, власть явно «вкладывалась» в проект, тем не менее Владимир Путин на похороны не приехал. Что, с момента возникновения идеи — а переговоры с Данией велись с 1999 года — что-то во властной машине переклинило?
В общем, остается признать, что это были просто похороны, воссоединение семьи, так сказать. И Марии Федоровне еще повезло. Прах доставили в целости и сохранности, похоронили, как положено. А то с Блоком вон какая история вышла. В Петербурге существуют две могилы поэта: одна там, где его похоронили, когда он умер, — на старинном Смоленском кладбище, а другая, «почетная», – на Литераторских мостках Волковского. В новую могилу перезахоронили, однако, только голову, а все остальное, выкопав из старой, так и бросили. Не император, поди.
