Нефтепровод отодвинули от Байкала. Что теперь?

Многочисленные акции протеста против строительства нефтепровода в Китай, проходящего менее чем в 1 км от побережья озера Байкал, увенчались успехом.

В среду президент России Владимир Путин в присутствии ряда министров, сибирских губернаторов, а также руководства концерна «Транснефть», распорядился пустить нефтепровод севернее уникального хранилища пресной воды.

Какие чувства испытывают по этому поводу организаторы акций протеста? Мы задали несколько вопросов одному из лидеров петербургского движения «Гражданская инициатива» Владимиру Соловейчику.

Анна Плотникова: Владимир, в какой мере, по вашему мнению, на решение Владимира Путина пустить нефтепровод в обход озера Байкал сказались акции протеста, которые прошли в минувшие недели по всей стране?

Владимир Соловейчик: Безусловно, они сыграли свою роль, поскольку такого рода акции протеста были замечены не только у нас в стране, но и за рубежом. Сыграли они свою роль и в том, что капитализация компании «Транснефть» существенно понизилась. И чтобы спасти это открытое акционерное общество, на 100% принадлежащее государству, от дальнейшего падения курса его акций, Путин вынужден был отступить. Выяснилось, что взаимодействие общественности, простых граждан, экологических организаций, средств массовой информации, получившее огласку как у нас в стране, так и за рубежом, может ударить по реноме крупной компании, пытающейся изобразить из себя работающую по экологическим западным стандартам. И это – одно из весомых следствий кампании, которое вынудило власти отступить.

А.П.: А против чего, собственно, выступали инициаторы акций протеста? Многочисленные экологические экспертизы, на которые ссылались сторонники прежней прокладки трубопровода, утверждали, что никакой опасности для Байкала нет! А вот экономическая прибыль для всей страны от этого проекта – несомненная. Неужели движение «Гражданская инициатива» выступает против повышения уровня жизни собственного народа?

В.С.: На наш взгляд, люди важнее нефтедолларов. И та природа, включая уникальное озеро Байкал, которое наши предки оставили нам в наследство и которое мы должны передать нашим детям, опять-таки важнее нефтедолларов. Тем более что не факт, что эти нефтедоллары достанутся рядовым гражданам страны: скорее всего, они будут перераспределены между государственными чиновниками, поскольку «Транснефть» хотя и акционерное общество, но на 100% принадлежит государству.

Что касается экспертиз, то если мы твердо знаем от экологических организаций, которым доверяем, что свыше 4000 км длины этого трубопровода и две трети находятся в сейсмоопасной зоне, если нет стопроцентных гарантий (а их быть не может по определению), что в случае каких-то природных катаклизмов не произойдет разрыва трубы и нефть не потечет через 700 м в воды озера Байкал, то о каких прибылях, о каких нефтедолларах может идти речь? На наш взгляд, и те 30-40 км, которые проанонсировал вчера президент Путин, тоже недостаточны: абсолютной гарантии не может быть и здесь, хотя это, безусловно, лучше, чем то, о чем говорилось ранее.

А.П.: Близкие к Кремлю структуры (в частности, полномочное представительство президента РФ Северо-Западном округе) утверждают, что за выступлениями против нефтепровода вблизи берега Байкала на самом деле стоят конкурирующие с «Транснефтью фирмы» и что буквально каждый пикетчик и каждый плакат хорошо оплачены. Ваш комментарий?

В.С.: Я был одним из организаторов акций протеста во вторник 25 апреля. Твердо и официально заявляю, что я лично не получил ни копейки, и ни один из приглашенных мною людей тоже не получил ни копейки. Плакаты рисовали за свой собственный счет.

Что касается заявлений о конкуренции, то я должен над ними только посмеяться. «Транснефть» является абсолютным монополистом на трубопроводы, по которым идет сырая нефть. Когда же частные структуры (например, Ходорковского) захотели составить конкуренцию «Транснефти» и сделать частный нефтепровод, а не принадлежащий «Транснефти», на 100% государственной компании, то известно, где оказался Ходорковский и что произошло с его планами. О какой конкуренции с «Транснефтью» может идти речь, если это – единственная компания, обладающая правом прокачивать сырую нефть внутри страны?

А.П.: В Санкт-Петербурге к «Транснефти» есть свои претензии. В частности, по поводу выселения 142-й школы Выборгского района с тем, чтобы использовать здание для нужд концерна. Выходит, ваша борьба не закончена?

В.С.: Абсолютно нет. Мы будем продолжать борьбу против экспансии нефтяных магнатов на берега Невы и против того, чтобы они этой экспансией нарушали права граждан. Что касается 142-й школы, то мы будем добиваться отмены постановления правительства Петербурга о том, чтобы на месте этого учебного заведения строился особняк для нефтяных магнатов из «Транснефти», и будем поддерживать ту борьбу, которую родители учеников 142-й школы продолжают теперь уже в Верховном Суде.

А.П.: Заявление Владимира Путина об изменении маршрута прокладки нефтепровода свидетельствует о том, что общественное мнение в России может повлиять на кажущиеся всесильными властные структуры. Для вас и ваших сторонников это – повод праздновать победу, или просто еще один шаг на долгом пути построения гражданского общества в стране?

В.С.: Безусловно, второе. О победе говорить рано. Пока это только декларация о намерениях. До сих пор это не закреплено – ни официальным постановлением правительства, ни поправками соответствующими в Водный Кодекс РФ, которые бы на законодательном уровне запретили бы не только прокладку нефтепровода около Байкала, но и повторение подобной ситуации в будущем и в других природоохранных зонах.

Что же касается заявления Путина, то мы видим, что граждане страны действительно получили обнадеживающий сигнал. Если грамотно, организованно бороться по всей стране за свои права, то можно заставить власть отступить. Впервые за пятнадцать лет власть отступила год назад в вопросе о выплатах в связи с монетизацией льгот. Это – второе отступление. То же самое – и в Петербурге по более локальным поводам. Власть вынуждена была отступить. Значит, вывод из этого прост и ясен: если граждане вместе, коллективно, грамотно борются за свои права, то они могут заставить чиновников эти права уважать и выполнять требования действующего законодательства.

В этом смысле история с Байкалом и заявлением Путина для нас – обнадеживающая, хотя и не последняя точка в этой истории. Акции протеста будут продолжаться по всем другим позициям, где власть нарушает интересы граждан. До полноценного гражданского общества, как вы справедливо заметили, дорога еще долгая.