«В квартире еврея и в субботу». Лучшее из записок к юбилею Ильи Ильфа
Сегодня без романов «Двенадцать стульев» и «Золотой телёнок» невозможно представить историю советской литературы первой половины XX века. Эти книги являются настольными во многих семьях, зачитываются до дыр и многократно экранизировались.
15 октября исполняется 125 лет со дня рождения одного из авторов культовых романов, писателя, драматурга и сценариста Ильи Ильфа.
Иехиел-Лейб Файнзильберг, прославившийся под псевдонимом Илья Ильф, появился на свет 3 (15) октября 1897 года в одесской семье банковского служащего. После окончания технической школы в 1913 году работал в чертёжном бюро, монтёром на телефонной станции, токарем на авиационном заводе, бухгалтером, статистиком, журналистом и редактором юмористического журнала «Синдетикон».
В 1923 году Илья Ильф переехал в Москву и устроился в редакцию газеты «Гудок», где и познакомился со своим будущим соавтором, младшим братом известного писателя Валентина Катаева Евгением, вошедшим в историю литературы под псевдонимом Петров.
За десять лет совместного творчества из‑под пера Ильфа и Петрова вышли бессмертные сатирические романы «Двенадцать стульев» и «Золотой телёнок», повесть «Светлая личность», циклы новелл «Необыкновенные истории из жизни города Колоколамска» и «Тысяча и один день, или Новая Шахерезада», путевые очерки «Одноэтажная Америка», пьесы, киносценарии, фельетоны, очерки и рассказы.
Скончался Илья Ильф от туберкулёза 13 апреля 1937 года в возрасте 39 лет. Похоронили писателя на Новодевичьем кладбище Москвы. Спустя пять лет в том же 39-летнем возрасте погиб его друг и соавтор Евгений Петров.
Могила Ильи Ильфа
Начиная с 1925 года и до конца своих дней Илья Ильф вёл «Записные книжки», которые после его смерти стали отдельным художественным произведением. В СССР «Записные книжки» Ильфа публиковались со значительными сокращениями. Первое полное издание остроумных фраз, афоризмов и набросков писателя с сокращением лишь бытовых и служебных записей и путевых заметок, вошедших в издание документальной повести «Одноэтажная Америка», увидело свет в издательстве «Текст» в 2000 году.
Именно цитатами из «Записных книжек» мы решили отметить 125‑летний юбилей одного из авторов «Двенадцати стульев» и «Золотого телёнка».
Не гордитесь тем, что вы поёте. При социализме все будут петь.
Не в силах отвести глаз от витрин, так и не заметил он Стамбула и Афин.
Что вы испытываете, ковыряя в носу? Наслаждение или тоску?
Почему он на ней женился, не понимаю. Она так некрасива, что на улице оборачиваются. Вот и он обернулся. Думает, что за чёрт? Подошел поближе, ан уже было поздно.
Очень легко писать: «Луч солнца не проникал в его каморку». Ни у кого не украдено и в то же время не своё.
Смешную фразу надо лелеять, холить, ласково поглаживая по подлежащему.
«Нужен молодой здоровый человек, умеющий ездить на велосипеде для производства научных наблюдений. Оплата по соглашению. Площадь предоставляется». Что может быть лучше? Быть молодым, здоровым, уметь ездить на велосипеде и подвергаться научным наблюдениям.
Собака так предана, что просто не веришь в то, что человек заслуживает такой любви.
Актёры не любят, когда их убивают во втором акте четырёхактной пьесы.
Вино требует времени и умения разговаривать. Поэтому американцы пьют виски.
Американское кино, как великая школа проституции. Американская девушка узнает из картины, как надо смотреть на мужчину, как вздохнуть, как надо целоваться, и всё по образцам, которые дают лучшие и элегантнейшие стервы страны. Если стервы это грубо, можно заменить другим словом.
Бог правду видит, да не скоро скажет. Что за волокита?
– Бога нет!
– А сыр есть? – грустно спросил учитель.
В фантастических романах главным было радио. При нём ожидалось счастье человечества. Вот радио есть, а счастья нет.
В конце концов всё написанное по части пограничной романтики есть всего только прямое киплингование, ни разу не достигшее уровня подлинника.
Я читал интересную лекцию. Но до них не дошло – низкий культурный уровень.
Что вы смотрите на меня глазами газели, которой внезапно овладел беспартийный козёл?
Давайте ходить по газонам, подвергаясь штрафу.
Жить на такой планете – только терять время.
Я один против света, и, что ещё хуже, весь свет против меня одного.
Последнее утешение он хотел найти во снах, но даже они стали современными и злободневными.
У неё были светлые глаза идиотки.
Надо иметь терпениум мобиле.
Нет такого обидного слова, которое бы не давалось людям в фамилию.
Самое смешное – два листа о том, что надо писать коротко.
Умер плохо, в квартире еврея и в субботу.
Фото: Елеазар Лагман / wikipedia.org, novodevichiynecropol.narod.ru
